Вот эти две сети, даже скорее сетки, поскольку длиной они были не больше двадцати метров, Белов и поставил на пробу. Одну сетку в ручей, возле впадения его в реку. Другую сетку, с ячеёй крупнее, установил в реке, наискосок к берегу, зайдя по пояс в самодельном костюме. Костюм испытание выдержал. Вода в реке была ещё мутная, но заметно опавшая после паводка. Да судя по следам наносов, паводок в этом мире был небольшой. Ожидание результатов улова изрядно скрасило и облегчило работы по вспашке. Может, это послужило увеличению производительности, но все работы Белов закончил засветло, даже примерно до шести вечера. По времени Белов точно не определился, на глаз, его наручные часы показывали примерно соответствующее время. Да и зачем здесь точное время – координаты, что ли, определять? Так и карты нет и как это сделать, Белов не знал. Поэтому он продолжал по утрам заводить свои именные дарёные часы, и пока они его устраивали. Так вот, сверившись с часами, Белов унёс свой сельхозинвентарь в дом и вернулся с ведром за рыбой. Рыба, как ни странно, была. В большую сетку попали всего три рыбины, но весом до килограмма. Две похожи на стерлядок и один судачок. По судаку вопросов у Белова не было, эта была одна из его любимых пресноводных пород, любимых понятно на вкус. А в маленькой сетке улов был больше, но заинтриговал Белова. В сетке было с десяток крупных пескарей, которых Белов с детства не видел. Вернее со времён интенсификации сельского хозяйства, когда на окрестных полях появились горы удобрений, а в речках исчезла вся рыба. Пескари были просто гигантские, возникла мысль – не мутанты ли? Но с экологией в этих краях было, похоже, очень хорошо, потому что кроме пескарей в ячее запуталось полдюжины хариусов до полукилограмма. А может и не хариусов, а какой-нито форели, какая разница? Насвистывая мелодии Дунаевского, Белов весело пошёл домой (вот ведь, уже «домой»).