Пятое, природное училище, как понятно из названия, обучало биологов, ботаников, агрономов, географов. Тут Белову опять пришлось привлечь Фёдора Васильевича, своим богатым опытом практика дававшего больше пользы, нежели немногочисленные статьи по агрономии, найденные в библиотеке. В этом училище было больше всего местных преподавателей, как земледельцев, так и охотников, рыболовов. Старый сыщик запомнил многочисленные статьи о подсечно-огневом земледелии, быстро истощавшем посевы, в результате чего русские крестьяне предпочитали вырубать леса, нежели повышать урожайность и беречь имеющиеся пашни. Правда это или нет, но якобы именно эта возможность бросить истощённые пашни и перебраться на новые, стала причиной отставания русского сельского хозяйства от европейских фермеров. Белов подозревал, что такая крестьянская практика закрепила в русских умах хищническое отношение к лесам, в результате их свели на большей части страны. Читая о знаменитых восстаниях крестьян в лесах вокруг Тамбова в двадцатые годы, уралец ужасался, как быстро свели на нет все эти леса. Те, кто бывал в Тамбове, вряд ли предположат возможность партизанских действий в жалких деревцах тамошней лесостепи. Всего за полвека дремучие леса исчезли, это в цивилизованном двадцатом веке. Старшина уральцев хотел заложить в мозгах своих воспитанников генетическую любовь к лесам и земле, чтобы даже мысль о вырубке для пашни была для них неприятной. В числе главных задач выпускников, кроме грамотного земледелия, без истощения почвы, и селекции домашних животных и растений, было изучение животного и растительного мира, сохранение эндемичных растений и животных, вплоть до организации заповедников.