- Испытаний три: на доблесть (ты его, считай, уже выдержал), на ум, а главное, конечно, - испытание любовью.

- Это что: серенады петь под балконом Дульси? Да ты закусывай, приятель, не стесняйся. В столовую уже поздно идти, так что рубай.

- Почему серенады? - удивился Магг - Претендент должен доказать... показать... - Магг говорил с легким акцентом, но правильно и свободно. Запнулся вот впервые. - Показать свою мужскую потенцию. Очень важно, чтобы твои сперматозоиды оказались жизнеспособными и активными. Чтобы их хватило и на испытание, и на продолжение высокого рода.

- Ну, потенция у меня зверская, - засмеялся Максим._ За что мы сейчас и выпьем.

- А ты ничего мужик, - заключил он, когда Маг лихо "вздрогнул" и даже не стал запивать пепси-колой. - По-нашему шпаришь, будто всю жизнь здесь прожил. И выпить не дурак... Может, ты меня разыгрываешь, борода? Может, ты из этих фантастов?

- Ага, - подыграл Магг, налегая на китайскую фальшивку. - И не было сегодня ни Дульси, ни Мудлака. И меня тоже нет. Кстати, замок принцессы вовсе не в Бразилии, а здесь, в Крыму. Только далеко отсюда - на другом конце полуострова.

Максим закурил, обнял Магга за плечи и повел на лоджию - показать, как хорошо он устроился в пансионате.

Шторм к вечеру угомонился - будто и не было, ветер растолкал эшелоны туч на запасные пути, и кое-где открылось чистое сентябрьское небо. Внизу, на склоне, клубился свежевымытой зеленью парк, а от их корпуса спускалась к морю кипарисная аллея. Только море все еще не могло остыть после сражения с берегом: желто-бурое, растрепанное, оно поигрывало желваками волн и шумно жаловалось неведомо кому на коварство земли и непостоянство подстрекателя-ветра.

В порыве пьяного откровения Максим описал Маггу всю свою недолгую жизнь. У родителей он - один. Жили раньше в Днепропетровске. Отец с матерью всегда хотели перебраться в Крым, но почему-то вышло так, что переехали в Москву.