Видимо, в моем лице что-то сильно изменилось.

- Все понял! - быстро проговорил доктор, театрально закрывая голову руками. - Только не бей, а если все же не сдержишься, то только не по голове и не по рукам. Руки даже главнее, а особенно средний палец правой руки - не забывай, что я все же уролог!

У Лены никаких патологий не обнаружили. Кантерман сказал, что такие казусы иногда случаются, когда колика возникает непонятно от чего. Аленка уже сидела в нашей комнате отдыха - повеселевшая и порозовевшая после обезболивающего укола и чашки чая. Весь персонал разошелся, тактично оставив нас вдвоем.

- Почему ты тогда не пришла к Ломоносову? - тихо спросил я.

- Потому что нам суждено было встретиться только сегодня, - ответила Лена, нежно обняв меня за шею и страстным поцелуем заставив забыть обо всем на свете.

- Я так и буду сидеть здесь до утра? - хрипло спросила Аленка, когда мы наконец оторвались друг от друга. - У меня все знакомые разъехались, а тот, который остался, вдруг оказался козлом, - зло добавила она.

- Не волнуйся, - ответил я, - сейчас пойду договорюсь с Николаем Михайловичем, нашим дежурным водителем.

Водитель сладко спал на кушетке в пустой гардеробной.

- Михалыч, - тихонько потряс я его за плечо, - Михалыч, выручай, тут одну девушку надо до дома довезти, она к нам с почечной коликой попала.

- Да ну тебя, Денис, в… - пробурчал водитель сонным голосом, - обалдел что ли? Пусть подремлет пару часиков на кушетке, а потом и трамваи пойдут.

- Михалыч, миленький, это мне надо! - состроил я умоляющую физиономию. - Так получилось, что это моя давняя знакомая… Давняя любовь, - добавил я после паузы.

- Ну так бы сразу и сказал! - проворчал дядя Коля, резво поднимаясь с кушетки и протирая глаза. - А то «девушка, с коликой».