Последняя фраза больно резанула меня по ушам. Я сидел, уставившись в окно, в то время как Лена, наспех одевшись, выскочила из комнаты.
- Дэнис! Дэнис, ты тут?! - голос Стаса вернул меня на грешную землю. Я сидел на унитазе шикарного «националевского» туалета. Два пустых стеклянных «пузанчика» из под коньяка стояли у моих ног. В голове изрядно шумело - выпил я уже достаточно, а не ел практически с самого утра.
- Выхожу, - сердито буркнул я, вываливаясь из кабинки.
- Дэнис, ты чего? - ворчливо пробурчал Стас. - Неужто еще не перегорело? Пойдем, там все за стол усаживаются.
- Ох, Стас, поеду-ка я домой, не к добру все это…
- Брось, Дэнис, сейчас посидим, выпьем - тоска-печаль и пройдет, пошли, - сказал Стас, хватая меня за руку.
- Она там?
- Кто «она»?
- Брось, Стас, - скривился я.
- Там, там твоя королева… Ох! Ну сколько можно?! Пошли, горе! Квазимодо недоделанный!
Все участники торжества уже расселись по местам. В центре расположился Федот, а рядом с ним сидела ОНА… Обычно время никого не щадит, но Аленка была прекрасна как никогда. Тонкое облегающее трикотажное платье нежно-голубого цвета, как обычно, минимум косметики и скромные на вид украшения, отблескивавшие, правда, столь ярко и игриво, что мысль о неблагородном происхождении этих чистых «слезинок» в платиновой оправе в голову не приходила. Весь вид моей любимой укладывался в короткую строчку Гребенщикова «Золото на голубом». Мне стоило больших усилий оторвать взгляд от Лены. Я уставился в тарелку, сосредоточившись на поглощении закусок, а больше - на уничтожении гостиничных запасов водки, которую старательно подливали вышколенные официанты. Веселье тем временем шло своим чередом, тосты сменяли друг друга, холодные закуски сменились горячими, и я, как сейчас понимаю, к тому моменту дошел до той кондиции, когда уже надо останавливаться. Ох… Ну почему это понимаешь только потом, а в самый этот момент кажется, что веселье еще только началось. Правда, у меня есть маленькое оправдание - на душе было совсем плохо. Так или иначе, но «линию фронта» я перешел, даже этого не заметив. Настало время перерыва перед горячим, Юрка Колобов вызвался сказать очередной тост.