- Галактика похожа на человечество, - говорит она. - В ней могут быть цивилизации, - как племена на Земле. - более развитые или отставшие из-за удаленности или скудности энергетики. Но и здесь есть свои Колумбы и открыватели. Галактика молода. Может быть, только начинается ее исследование, "собирание" ее земель, Может быть, маяк поставлен для этой цели.

- Эбигайл...

- Подожди. Мы приняли сигналы. Их надо расшифровать.

Джон молча кивнул.

- И до тех пор, пока не расшифруем, никому не будем говорить об открытии.

Вспышка - пауза, вспышка - пауза. Три вспышки - три паузы. Импульсы различной продолжительности, на разных частотах. И так - на десятую, на двадцатую ночь. Маяк в космической ночи - мигнет и погаснет, мигнет и погаснет.

А если это звезда - пульсар? - Джон допрашивает себя с пристрастием. - Вдруг это обыкновенный пульсар?.. Больше всего Джон боится примелькавшегося, обыкновенного. Он привык к мысли о маяке. Преодолел внутреннюю инерцию. Трудно победить себя, принять новую веру. Еще труднее - убедить других в своей правоте. Для этого нужны смелость, готовность идти на риск. Готов ли ты, Джон Биллс, идти до конца?.. Ученый мир удивился вначале, когда были открыты два-три пульсара. Потом появились гипотезы о затухающих карликах, о нейтронных звездах, и все пошло по инерции; пятая, двадцать пятая, пятидесятая находки, - все будут звездами. Там один импульс, там два, здесь - три. Ну и что же? "Выступи я с догадкой в печати, - думает Джон, - никто не обратит внимания. Разве что позвонят директору обсерватории: это ваш Вилле? Посоветуйте ему проштудировать популярные статьи по астрономии..."

Между тем изучен каждый штрих самописца - не будет ли чего нового? Нового не было: три вспышки, три паузы. Различной продолжительности, на различных частотах.

- Долго ли так было? Тысячу лет?

- Мы наблюдаем всего три месяца.

- И кто-то ждет отклика...