- Ты поверь, Юджин...

Но Парк не слушает. Он привык к чрезвычайному. Он без обиняков спрашивает у Джона:

- Вам нужен "Оникс"?

- Нужен, - кивает Джон.

- Я так и знал! Так и знал! - Парк продолжает смеяться. И все кланяются Юджину Парку!

Веселость Парка не вязалась с настроением Джона и Эбигайл, но приезжие терпели шутку товарища. Парк был весельчак, здоровяк - отчего бы ему не посмеяться?

- Выкладывайте, что у вас, - посерьезнел наконец Юджин, хотя в щелочках его глаз все еще стоял смех. - А вы, Эбигайл, выглядите прелестно!..

Комплимент был мимо цели: никогда Эбигайл не чувствовала себя такой утомленной и похудевшей, как за время бессонных ночей, пока они с Джоном не выходили из бункера. Она смутилась и не нашлась, что ответить.

- Мистер Парк!.. - Джон решил привести товарища в чувство.

- О!.. - воскликнул Юджин.

Что-что, а слово "мистер" он не терпел. Первый регбист университета, участник всех пикников и попоек, он имел слабость - ненавидел клички. Ему и придумали кличку - "Мистер" - полное несоответствие его непоседливому характеру. Правда, он и к этому относился без злости, но когда с Юджином надо было поговорить всерьез, к нему так и обращались: "Мистер Парк".

- О! - повторил он. - Значит, у вас действительно что-то есть. Тогда тем более - выкладывайте!

Джон пожалел, что резковато обошелся с товарищем, но уже не видел, как исправить промашку, а, наоборот, усугублял ее:

- Мы бы хотели пока не говорить... - сказал он.

- Да? - спросил Парк. - Как же вы сунетесь к "Ониксу"?

- Задача у нас готовая - расшифровка.

- Ох! - теперь уже по-настоящему вздохнул Парк. - И тут секреты...

- Ты уж прости, - сказал Джон.

- Бог простит! - ответил Парк. - А вот время найти, - это труднее, дружище Джон. И Эбигайл... - посмотрел он на женщину.