Утром 28 апреля в квартире Валерия Осколова раздался телефонный звонок.

Неизвестный потребовал, чтобы хозяин приехал с деньгами к Центральному парку в три часа пополудни, поставил автомобиль на стоянку и сидел в нем. В машине, кроме Осколова, никого не должно было находиться. Деньги в крупных купюрах требовалось упаковать в равных долях в два холщовых мешка и положить в багажник. Самолет по требованию террористов должен был готов к вылету в шестнадцать часов.

Инструктаж Валерия Осколова проводил лично начальник антитеррористического департамента полковник Алессандро Руэнтос. Это была легендарная личность в Сьерра-Марино. Почти двухметрового роста, мощный и громкоголосый, с плавной походкой леопарда, сорокачетырехлетний офицер из местного старинного аристократического рода окончил в свое время Вест-Пойнт и специальную школу армейской разведки в Штатах.

При упоминании его имени лидеры герильерос мгновенно впадали в истерику и бились в падучей. Руэнтос попортил им столько нервов, а еще больше крови, что они в бессильной злобе примерно раза два в месяц с тупой монотонностью готовили на него покушения. Однако постоянное пребывание начеку, серьезная охрана и регулярные сведения от информаторов помогали полковнику избегать печального конца.

Руэнтос четвертые сутки находился в гневе, что с ним случалось очень редко, и этот гнев объяснялся двумя причинами. Первая: отсутствие какой-либо информации о террористах. Появившаяся неизвестно откуда организация «Бригады свободы» воспринималась полковником примерно так, как бык-производитель воспринимал бы в своем стаде чужака, который уже оприходовал его любимую телку со звездочкой во лбу.

Вторая причина: контроль за операцией со стороны Президента.

Трату времени на доклады ему самому и министру внутренних дел Вильясу, почтительное выслушивание глубокомысленно-бесполезных советов и накачек Руэнтоса выводили из себя.