- Ты становишься прямо-таки тактиком, старина, задумчиво произнес Джабал. - Почему бы тебе ни сказать об этом кому-нибудь еще?

- А кто будет слушать? - Хаким фыркнул. - Я всего лишь старый рассказчик, который пытается делать добро. Конечно, у меня есть слушатель в лице бейсы, а через нее и в лице принца, но они не контролируют улиц. Это твое поле деятельности, ты занят тем, что оцениваешь свои возможности, чтобы учинить очередную заваруху.

- Я выслушал тебя, - твердо сказал бывший предводитель преступного мира. - То, что ты сказал, дает мне богатую пищу для размышлений. Возможно, я был не дальновидным.

- Скоро зима. Может быть, сезон дождей остудит пыл многих... И у тебя будет время, чтобы продумать собственный курс.

- Не надейся на это, - вздохнул Джабал - Я как раз собирался предупредить, чтобы ты держатся подальше от моего старого особняка. У меня есть информация о том, что пасынки возвращаются в город, они уже в пути... Настоящие, а не те клоуны, что заняли их место. Хаким закрыл глаза, словно испытывал боль.

- Пасынки, - тихо повторил он. - Как будто Санктуарий и без того не испытал уже довольно неприятностей.

- Кто знает? - пожал плечами Джабал. - Может, они восстановят тот порядок, о котором ты мечтаешь. А если нет, боюсь, появится новое выражение - смертоносная зима.

Джанет Моррис

РАСПЛАТА В АДУ

В первый день зимы, на рассвете - промозглом и мрачном, каким только может быть рассвет в городе, расположенном на берегу неспокойного южного моря, - настоящие пасынки, бойцы, которых вышколил сам бессмертный Темпус, медленно окружили казарменные постройки, занимаемые теперь самозванцами, осквернившими само имя Священного Союза.