— Поблагодарил?.. Я?.. — Найз виновато потупился, втянул голову в плечи и медленно и густо покраснел до корней волос, потому что такая мысль первый раз пришла в его голову только сейчас, с подсказки дяди Лимбы. — Н-ну…
Тот все понял и укоризненно усмехнулся.
— Ну, ты и невежа, Найз… Вот Фалько — тот никогда не забывал благодарить… даже последнего золотаря… если было за что… А пять тигров — это не самый пустяковый повод сказать "спасибо", парень…
— Но я запомнил его лицо, дядя Лимба! — увидел выход из щекотливой ситуации мальчик. — И если во время парада я увижу его где-нибудь, то обязательно, обязательно поблагодарю! Чесслово!
— Ты его точно запомнил? — с сомнением прищурился старик. — Не спутаешь?
— Да вот, пожалуйста! Сейчас я вам его только так опишу! — азартно воскликнул мальчишка и принялся старательно перечислять, загибая пальцы:
— С виду он старый, ему лет ему сорок, наверное, или даже сорок пять. Смуглый, как эрегорцы — на гельтанца мало похож. И говорит на наш манер, не на гельтанский. Ни усов не носит, ни бороды. А волосы — черные с проседью, короткие. Назад зачесаны. Глаза у него зеленые. Нос… нос прямой. Но с горбинкой вот здесь. Два шрама на лице. Один наискосок через лоб к правому уху, другой… почти вдоль него… на правой… щеке… На подбородке… на подбородке… ямочка… ямоч…ка… на подбород…ке… ямочка…
— Найз? — забеспокоился старик. — Найз, что с тобой? Что случилось?.. Найз?..
Но Найз не отозвался.
Невидящими глазами смотрел он куда-то внутрь себя, в глубину своих воспоминаний, в далекое детство, когда ему, семилетнему мальчишке, незнакомый тогда одноногий старик, недавно поселившийся в кособокой хибаре напротив их домишки, впервые рассказал о капитане королевской гвардии, принце Амзе и битве в Лесном Замке. "Зеленые, как сосновый бор в грозу, глаза", — неспешно отвечал оруженосец на вопрос Найза, каков из себя был Фалько, — "нос благородный, с горбинкой. А на подбородке — ямочка". Вспомнил, как потом он, Найз, специально делал на подбородке складку и часами сжимал ее пальцами, а после украдкой гляделся в крошечное круглое зеркальце матери: не появилась ли там ямочка, как у Фалько…