А потом прозвучал его крик — вызов Ясенке и ревущей твари:

— Болотник! Стань ты его пиром, иноземская ведьма, а не я!

И так вполне могло получиться, если бы Ясенка не успела сойти с последнего камня и добраться до берега — рядом с Тассером, слишком близко!

Вода колыхнулась сильнее. В отчаянии девушка продолжала крутить камень силы, понимая, что скорее рискнет столкнуться с тем врагом, которого видит перед собой, чем с тем, который, как она чувствовала, почти лениво поднимается из протоки за ее спиной.

Ясенка приготовилась сделать последний шаг. Кваканье стало громче и пронзительнее, и этот звук отдался у нее в висках ослепительной болью. Тассер уронил копье и схватился за голову. Его широкий рот открылся — и вопль ужаса заглушил ровное жужжанье камня.

Он не стал отступать назад, а прыгнул в сторону, приземлившись в кусты. Ветки затрещали, ломаясь под тяжестью его тела. Даже не пытаясь подняться на ноги, Тассер побежал на четвереньках. Его щит зацепился за ветки — и парень просто сбросил его и оставил позади. Кусты выпрямились, скрыв охотника.

У Ясенки хватило соображения выбраться на сушу, пока тварь была занята Тассером. Девушка тут же споткнулась и упала на колени. Камень силы ударил ее по плечу. Отзвуки его последнего оборота потонули в басовитом реве. Ясенка невольно оглянулась.

Рассказы и легенды, рисунки на глине и камне рассказывали об ужасных существах, живущих в глубоких омутах Трясинной земли. В некотором смысле трясинный народ был даже благодарен этим тварям, потому что они защищали топи от вторжения внешнего мира. Но немногие, очень немногие болотники появлялись при свете дня.

Ясенка увидела, что из воды высунулась только передняя часть туловища чудовища: остальное было еще скрыто под бурлящей поверхностью воды. Ясенка хорошо знала маленьких болотных лапперов: в ее обязанности входила охота на них, ради мяса и кожи. Но даже рисунки не подготовили ее к размерам того существа, которого трясинный народ называл болотником, а Зазар — водяным. Его огромная пасть — желто-зеленая пещера, зубастая пропасть, — могла бы принадлежать лапперу, ростом превосходящему тот островок, на котором только что собирала тростник Ясенка. Злобные желтые глаза, сидящие высоко на голове, двигались независимо друг от друга, высматривая… что?