Под куполом было одно помещение диаметром метра четыре с половиной. Стены до высоты двух метров шли вертикально, а затем, легко изгибаясь, смыкались в центре.

Купол установили прямо на астероиде, поэтому каменный пол был неровным. Справа от входа стояли два стула и стол, немного поодаль — кухонный отсек и подобие загромождённой кладовой. Посреди возвышалась отопительная система, но сейчас, слава богу, она бездействовала. Пот градом катился у меня со лба. Я стянул через голову рубашку и вытер ею лицо.

— Жарко у вас, — сказал я.

— Привыкаешь, — буркнул он.

Но я ему не поверил.

Карпен принёс кофе. Горький, мерзкий, вполне в духе этого отшельника. Но вслух я произнёс:

— Отличный кофе.

— Да, — кисло подтвердил он. — Может, перейдём к делу?

С заскорузлыми стариками есть только один способ общения: жёсткая атака.

— Речь идёт вот о чём, — начал я. — У нас, разумеется, нет никаких претензий, но правление, прежде чем перевести на ваш счёт десять тысяч дублезов, хотело бы убедиться, что всё сделано в соответствии с правилами. Ваш компаньон заполнил формуляр с требованием возвратить названную сумму и тут же умер... Согласитесь, довольно необычное совпадение.

— Отчего же? — Он отхлебнул из чашки и исподлобья взглянул на меня. — Мы нашли жилу. И поняли, что на сей раз это верное дело. Ведь Джеф вносил деньги как раз на тот случай, если мы ничего не найдём. Но когда мы убедились, что попали в яблочко, он мне сказал: «Слушай, зачем мне теперь пенсия?» — и заполнил формуляр. Потом мы откупорили бутылку. А вскоре он убился.

Послушать Карпена, всё выходило просто и естественно. Слишком естественно.

— Как произошёл несчастный случай? — спросил я.

— Точно я не могу вам сказать. К тому времени я уже здорово набрался. Ну что я видел и помню? Джеф надел комбинезон и сказал, что пойдёт пометить астероид. Он тоже с трудом держался на ногах. Я сказал ему, что дело вполне терпит до утра, лучше проспаться. Но он меня не послушал. Чертыхаясь, я тоже натянул на себя комбинезон и вылез за ним. Тут-то всё и произошло.