Из розоватого тумана внезапно выступил корабельный остов. Это было так неожиданно, что «Летучая Рыба», которая шла впереди, едва не налетела на него.

— Обломки корабля прямо по курсу! — запоздало закричал матрос с мачты.

— Убрать паруса! — крикнул капитан Карсеол. Эти корабельные трупы начинали действовать ему на нервы, и он прилагал все усилия к тому, чтобы не показывать подчиненным беспокойства,

На воду спустили две шлюпки: в одной сидели капитан и трое гребцов, в другой — Меноэс, Конан и два матроса. Корабль, который некогда носил гордое название «Краса Мсссантии», потерпел крушение несколько седмиц назад. Обе его мачты были сломаны, обломки рей ползали по палубе, волоча за собой лохмотья парусов. Изорванный в клочья треугольный парус на носу висел, как паутина, которую забыла прибрать хозяйка.

— «Краса Мессантии», — громко сказал Меноэс и встал в шлюпке.

Шлюпка качнулась, Меноэс потерял равновесие и едва не упал — в последнее мгновение Конан поймал его за локоть.

— Это второй из ваших пропавших кораблей, не так ли? — спросил киммериец.

Меноэс кивнул и горестно завыл. Конану доводилось слышать скорбные вопли дикарей, рыдания растрепанных плакальщиц — но никогда прежде он не слышал, чтобы так по-варварски завывал цивилизованный человек, судовладелец, уважаемый торговец из большого города. Меноэсу мог позавидовать голодный шакал, потерявший подругу и логово.

На моряков эти звуки производили удручающее впечатление.

— Замолчите! — прошипел Конан своему нанимателю. — Вы же до смерти перепугаете своих людей!

Меноэс издал еще несколько сдавленных стонов и замолчал.

— Так-то лучше, — одобрил киммериец. — Итак, вы потеряли в этих безопасных водах два корабля и груз.