- Не переживайте. И, пожалуйста, называйте меня Лунзи. Когда вы говорите "доктор Меспил", я тотчас начинаю вертеть толовой в поисках своего супруга. А срок нашего с ним контракта истек давным-давно. Расстались, конечно, по-дружески.

Джилет с облегчением рассмеялся. Лунзи посмотрела на вспыхнувший на экране компьютера медицинский файл Джилета. И причина его раздражения стала ясна как белый день. Спасательная капсула, в которой он находился в состоянии глубокой заморозки, имела еще одну неисправность, следствием которой явилось то, что его сознание не сразу погрузилось в сон. Он вынужден был таращиться через стекло иллюминатора в открытое космическое пространство целые два дня, пока криогенный процесс наконец не подействовал. Все это время чувства его были притуплены, но он находился в сознании. Не удивительно, что это привело к острой агорафобии. На лице и в душе этого большого, сильного человека сохранилась печать отчаяния и страха, которая уродовала его, отравляя ему жизнь. Сперва она хотела преподать Джилету основы самовнушения - вдруг это поможет, - но потом передумала. Ему не нужно было знать, как вызывать выброс адреналина, ему следовало научиться не допускать этого.

- Расскажите мне, с чего начинаются приступы страха.

- Ничто не донимает меня по утрам, - начал Джилет. - В это время у меня полно работы. Даже если нахожусь на рудной платформе...

Лунзи покачала головой. Уголки темных глаз Джилета весело сощурились.

- У вас большие надежды, не так ли? Надеюсь, вы понимаете шутки? Парни ими битком набиты. Не стоит запираться в этом кабинете. Тут с пространством туго, поэтому приходится сживаться с существованием других, как с фактом. Увы, это не значит, что все мы тут такие уж друзья, добавил он печально. - Многие молодые ребята, с которыми я начинал, быстро погибли: Одной ошибки достаточно... и ты уже превратился в ледышку, задохнулся или еще что похуже. Многие из них оставили молодых жен, маленьких детей.