- Тебе следует взяться за криминальную юстицию, - настойчиво убеждала ее Памела. - Не хотела бы я оказаться на скамье подсудимых, имея тебя в качестве следователя.
- Нет уж, спасибо. Лучше я буду Доктором Мак-Кой, чем Румпол из Бейли.
- Кем? - переспросил Косер, один из ее однокашников, обезьяноподобный брахиан с густым лиловым мехом и блестящими белыми зрачками. - Какой-такой Ромпул?
- Что-то такое показывали на объемном, - припомнил Шоф.
- Это из древней истории, - недовольно заметила "бандитка" Фрега, полируя эбеново-черные ногти рукавом блузы.
- Никогда даже не слышал ничего подобного, - настаивал Косер. - Должно быть, оно исчезло за последнюю сотню стандартных лет.
- Похоже, что так, - согласилась приведенная в некоторое замешательство Лунзи. - Вы могли бы еще сказать, что я - изрядный любитель древностей.
- Судя по твоему возрасту - наверняка! - хихикнул Шоф. Он обеими руками схватился за тощий живот, а потом стукнул по нему кулаком и сделал вид, будто слушает эхо. - Хм-м... Я проголодался. Пошли полопаем чего-нибудь.
Лекции были в основном такими же нудными, какими Лунзи их и помнила. Только два курса вызывали у нее интерес - практикум по диагностическим исследованиям и обязательный курс самовнушения.
Со времен ее медицинской практики диагностика шагнула далеко вперед. Компьютерные тесты, которым подвергали поступающих пациентов, стали менее назойливыми и гораздо более содержательными и исчерпывающими. В свое время мать Лунзи, от которой она унаследовала "целебные руки", всегда утверждала: для того чтобы быть хорошим врачом, достаточно в совершенстве владеть диагностикой и уметь найти подход к больному. Ее мать была бы счастлива, если бы узнала, что Фиона продолжила семейную традицию и тоже выбрала профессию врача.