Весь остаток пути меня накачивали успокаивающими лекарствами. Дважды, смутно припоминалось мне, я приходила в себя и кричала что-то совершенно бессмысленное. Мне делали уколы, и я снова погружалась в сон без сновидений.

Ближе к завершению полета, когда мой мозг был еще затуманен, они дали мне подписать бумагу, в которой я подтверждала, что ответственность за смерть терадианина экипаж не несет.

Теперь все это не имело никакого смысла. Что-то ясное и ледяное в моем мозгу, за туманной пеленой, сказало мне, что я должна делать все так, как они того желали, чтобы не получить на свою голову серьезные неприятности от земных властей. Тогда я даже не была озабочена этим, полагая, что сказывается побочное действие препарата. Теперь мне известна истина.

По прибытии на Самарру мне следовало покинуть "Весту" и пересесть на транспорт, который бы держал курс в сторону Терры. Недомерок, капитан "Весты", держал мою руку и упорно избегал моего взгляда, не сказав ни слова о мертвом терадианине. У меня было ощущение - странное, но очень четкое - что он касается меня так же осторожно и с опаской - как если бы он прикасался к бомбе с часовым механизмом, которая может взорваться в любое мгновение.

Я понимала, как страстно он желал поскорее переправить меня на корабль, отправляющийся на Терру. Он предложил даже помочь мне зарезервировать место на космолайнере, по номинальной стоимости, при этом он откровенно лгал, утверждая, что у него есть долевой пай на этот корабль. Я рассеянно выслушала его жалкую ложь и проигнорировала его предложение. Я понимала, что он не хочет, чтобы я задерживалась на Самарре.

Он был бы рад вообще избавиться от меня. Навсегда.

После завершения формальностей, необходимых для того, чтобы покинуть зону посадки, я быстро пересекла космопорт и остановила терадианский наземный экипаж. Водитель-терадианин с любопытством оглядел меня и своим жужжащим голосом сообщил, что я бы могла нанять экипаж для землян, это на противоположном углу. Удивительно, но я не сразу сообразила, как мне быть. И в этот момент...