- Понимаешь, ты не должен сдаваться, - сказала она, сделала несколько шагов, грациозная, как всегда, и присела на подлокотник дивана.

- Лиз, я не хочу говорить об этом.

- Но тебе придется. А о чем же еще говорить? Тебе нужно научиться жить с этим, вернуться к своей работе и снова стать Питером Стайлсом.

- Оставь свои проповеди! - сердито рявкнул он.

- А кто проповедует? Господи, Питер, да ты, кажется, безумно себя жалеешь!

- На моем месте каждый себя пожалел бы.

- Но не Питер Стайлс, которого я когда-то знала.

- Ладно, тренер, я готов к выговору, - с кривой усмешкой сказал Питер.

- Я пришла вовсе не для того, чтобы читать тебе нотации, - сказала Лиз. - Тебе пора сделать себе протез и научиться им пользоваться. Я хочу, чтобы ты встретился с Томом.

- С Томом?

- Это мой муж - твой друг, кстати. Надеюсь, ты не затаил на него обиду? Если хочешь заехать кому-нибудь в зубы за то, что с тобой произошло, можешь проделать это на мне. Том стажировался в госпитале для ветеранов войны. Он специалист по проблемам твоего рода. Через пару месяцев ты у него станешь ходить, как любой здоровый человек.

- У меня ничего нет против него, - сказал Питер, - но я не желаю его видеть... в связи вот с этим! - Он сердито шлепнул себя по правому бедру.

- Он будет здесь через пятнадцать минут, - сказала Лиз, глубоко затянувшись. - Я могу приготовить кофе?

Вот так начался путь вспять. Появился доктор Том Коннорс. Если он и испытывал какую-либо неловкость за то, что увел у Питера его девушку десять лет назад, то он ничем этого не проявил. Он играл роль старого друга и опытного специалиста. Попросил Питера показать ему ногу. Питер упрямился. Он хотел, чтобы Лиз вышла из комнаты, но она осталась. В конце концов, весь обливаясь потом от застенчивости, он обнажил свою культю.