- Но вы не понимали, что вас разбудило? - спросил Гоуэн.

Питер покачал головой, его губы сжались в твердую узкую линию.

- Не могу сказать, чтобы в течение последнего года ночные кошмары были для меня редкостью. После них я просыпался обессиленным и больше уже не мог уснуть. На этот раз воспоминания о сне, если это был сон, совершенно отсутствовали. Я посмотрел на Джима, лежащего на соседней кровати. Он спал мирно, как ребенок. - Питер облизнул пересохшие губы. - А потом я услышал его - хохот, который весь год звучал у меня в мозгу. Тот самый захлебывающийся от глумливого удовольствия смех. Это было наяву, а не во сне. Я крикнул Джиму, потом спрыгнул с кровати и - упал. Желая поскорее оказаться у окна, я даже забыл о своей ноге. Но когда я встал и добрался до окна, этого человека уже не было.

- А вы слышали этот второй взрыв смеха, мистер Трэнтер? - спросил Гоуэн.

- Я ничего не слышал, Питер закричал, и я проснулся.

- Я послал за Максом, - сказал Питер. - Мы оделись и спустились вниз, но снаружи никого не обнаружили.

Гоуэн крутил в пальцах сигарету, не закуривая.

- На этой стороне здания еще двенадцать спален, - сказал он, - и все они заняты. Люди обычно спят с открытыми окнами, так что, возможно, его слышал кто-нибудь еще. У них нет особых причин говорить о нем. Когда мы займемся опросом, мы найдем того, кто еще слышал этот смех.

- Мне не требуется ничьего подтверждения, - напряженно сказал Питер. Достаточно того, что этот смех слышал я.

- Что ж, теперь нужно поговорить с людьми, которые занимают соседние с шестым коттеджи. Возможно, они что-то сообщат.