— Неудовлетворённый охотничий инстинкт, — пожала плечами Изабелла, с брезгливым интересом наблюдая за беснующимися тварями.

Молодой рыцарь посмотрел на королеву с нескрываемым восхищением. Она вела себя так, словно попадать в подобные переделки ей не в новинку. Хотя, чем ещё можно напугать женщину, потерявшую единственного ребёнка? Тем более, если сейчас появилась надежда его найти.

— Мама примерно то же говорила. Природу хищника не изменишь, даже если вырастишь его у себя в доме и приучишь есть с рук. Но этим-то зверушкам вроде есть где поохотиться. Лес рядом… Интересно, они когда-нибудь поймут, что эту «упаковку» не разгрызть? Не дай Бог, если решат подождать, когда мы сами отсюда выйдем. В нашем замке паразитов почти не было, но если там вдруг оказывалась какая-нибудь заблудшая домовая мышь и Мелеасу удавалось её выследить, он мог часами караулить её возле укрытия, где она надеялась отсидеться. Терпения всегда оказывалось больше у него. Бедная мышка в конце концов выходила и тут же становилась добычей. Мелеас умер пять лет назад. Его похоронили в саду, и слуги по очереди ухаживают за его могилой. Его все любили. Несмотря на замашки хищника он был аристократом до мозга костей и всегда вёл себя с достоинством. Не то что эти твари…

"Обезьяны", вопя и подпрыгивая, швыряли в ледяную крепость огромные куски льда. Теперь, когда эти существа были совсем близко, они казались очень похожими на людей. Гораздо больше, чем земные человекообразные обезьяны. Их гладкие, почти лишённые растительности морды напоминали карикатурные изображения человеческих лиц.

— Вот бы старик Дарвин обрадовался, увидев этих приматов, — сказал Томас. — Решил бы, что нашёл недостающее звено. А может, это оно и есть?