При ярком солнечном свете король уже не казался таким красивым и величественным, как на картине Мартина, а принц… Присмотревшись к нему, Илана почувствовала, что снег, в котором утопали толстые подошвы её ботинок, вдруг превратился в скользкий лёд. Она изо всех сил старалась сохранить равновесие, но зыбкая ледяная почва упорно ускользала у неё из-под ног. Вся эта холодная планета превратилась в крутящийся шар, покрытый коркой льда, удержаться на котором смогла бы разве что девочка с картины Пикассо.

— Тэд… — прошептала Илана, срываясь со скользкого шара и падая в бездну.

Очнулась она от прикосновения к её лицу чего-то влажного и шершавого. Открыв глаза, Илана увидела над собой открытую пасть с такими клыками, что едва снова не потеряла сознание. Впрочем, она тут же поняла, что обладатель этих клыков вовсе не собирается пускать их в ход. Зато своим шершавым языком огромный белый кот действовал весьма старательно. Взгляд его ярко-голубых глаз казался не по-звериному осмысленным.

— Перестань, Лодди, ты ей уже всё лицо облизал, — произнёс незнакомый мужской голос. Говорил он на межгалакте, но с каким-то странным акцентом. — Смотри, Таддео, он сразу признал в ней хозяйку. Рианны всегда верно служили снежным магам.

— Тэд… — Белый пейзаж расплывался у Иланы перед глазами, как будто бы готовый снова раствориться в тумане вместе с обступившими её фигурами. — Я знала, что ты жив.

— Вы знакомы? — спросил король.

— Возможно, — этот ломкий, сбивающийся с тенора на баритон голос был не знаком Илане. — Ты же знаешь, что я помню не всё.

На мгновение девочке показалось, что хмурое, насупленное лицо "снежного принца" ей тоже не знакомо. Этот юноша просто похож на Таддеуша Бельски. У Тэда никогда не было такого выражения лица. И он был гораздо красивее…

— Да, Айслинд, я её вспомнил, — теперь Илана уловила в голосе юноши знакомые нотки. — Девочка из моей школы.

— Вы с ней дружили, — сказала Изабелла, внимательно глядя на Таддеуша. — А меня ты помнишь?