– Лариса Павловна Колесникова. Она так представилась… Она долго настаивала, и я просто не решился ей отказать…

– Гоните ее в шею, Олег Иванович. – Непроизвольно вырвалось у меня. – Ну, в смысле передайте, пусть попозже приходит… Часикам так к двенадцати, не раньше…

– Хорошо, я передам. – В следующую секунду экран погас, и я, зевнув, отправилась в кровать, изо всех сил стараясь припомнить обрывки сна, из которого так грубо и нещадно вырвала меня противная сирена. Кажется, мне виделось что-то хорошее, легкое и воздушное… В этот момент за моей спиной снова послышался оглушительный вой сирены. С досадой чертыхнувшись, я вернулась в холл.

– Ну, что еще?! – Почти грубо поинтересовалась я.

– Ваша подруга ведет себя несколько… странно. – Интеллигентное лицо Олега Ивановича в этот момент выглядело жалко. – У нее истерика, кажется…

– Так «скорую» вызовите или милицию… Она мне не подруга, и мне соответственно нет никакого дела до ее истерик. Вам платят деньги как раз за то, чтобы вы охраняли мой покой, а не дергали пять раз по одному и тому же поводу. – Я с раздражением выключила изображение, потом подумала и, полностью отключив питание домофона, решительно направилась в спальню.

Естественно, как я не силилась заснуть, старательно сжимая веки и в десятый раз повторяя таблицу умножения, мне это не удалось. Минут через тридцать окончательно осознав всю тщетность своих стараний, я распахнула глаза и уставилась в потолок. В этот момент на прикроватной тумбочке зазвонил телефон.

– Полина! – Я даже трубку слегка от уха отодвинула, так громко завопила на том конце Лариса. – Полина! Ты просто обязана пустить меня в дом! Ты не можешь держать меня у порога как какую?нибудь… – Она на мгновение замолчала, видимо, подбирая подходящее слово. Воспользовавшись этой заминкой, я предупредила.