Пройдя ритуал посвящения Туамаутеф был принят в почетные члены храмовой общины и,дождавшись груза золота следовавшего за ним с опозданием вручил деньги главному жрецу, после чего строго запретил себя беспокоить, и углубился в изучение материалов. Никто не смел, тревожить его, даже сам верховный жрец храма не подходилк Туамаутефу опасаясь нарушить данное обещание. Открывшиеся хранилища знаний повергли Туамаутефа в тяжкие раздумья. Кроме двух -трех человек никто из жрецов,охраняющих храм даже не догадывался, что именно содержат эти потайные камеры, так было нужно для сохранения великого секрета богов, так было завещано и так было.

Туамаутеф подвинулся к ближайшему у стены большему камню правильной прямоугольной формы. Его края и он сам был изнеизвестного Туамаутефу материала,скореевсего это был какойтометал. Он постучал по краю и по ощущениям рукизаключил,что так оно и есть. В дорожной сумке, которую Туамаутеф скрыто, носил под складками одежды был нож сделанный им самим из прочного металанебесного камня БенБен, упавшего на его глазахв детстве. Решение было логичным, но результаты неожиданны. Нож не оставил и маленькой царапины на плите. Более того, лезвие в той его части, которой он царапал,сточилось и стало тупым.

Преодолевая чувства Туамаутеф вытащил папирусы иприготовив смесь для письма и палочки внимательно начал переписывать текст на плите.

" Благоговейны, будут те,кто сумеет постичьзнания скрытые письменами Тота, воистину божественное могущество содержат они посредствам глубины проникновения в суть мироздания и порядок вещей в нем"

Туамаутеф перевел дух. Ожидание чего-то сверхъестественного наваливалось как ветер из пустыни. Он продолжил. Текст камня был своеобразным введением читающего в то с чем ему предстояло,ознакомится, чуть позднее поочередно указывались все плиты с текстами и несколько металлических папирусов, в которых и содержалось то самое знание, о котором говорилось.