— Дураки! — фыркнула Кюша, — Моральные, а не наоборот! Они собирают все данные о нравственности человечества и хранят их на случай полного краха морали…

— А после ядерной войны они вылезут из канализации и будут отучивать оставшихся в живых приматов от всяческих гадостей и приучать к правильной супружеской позиции… — задумчиво изрек Борис, чем вызвал тихую бурю восторга в виде неприличного хрюканья и повизгивания.

— Ты что-то сказал по поводу канализации?… — заинтересовался Миха, решивший вдруг поделиться своими недавними наблюдениями, но тут в темноте трибун раздались глухие голоса, и все, не сговариваясь, упали навзничь, распластавшись на траве, и напряженно замерли. По полю небрежно пробежал луч фонарика, не обнаружив ничего аномального, исчез. Голоса стихли.

Переведя дух и снова приняв удобные позы, продолжили разговор.

— …И причем тут стадион, спрашивается, — с легкой иронией спросил Миха.

— Так слушайте же, — невозмутимо продолжала Ксюха, — Самое интересное: с этими «партизанами» у мэрии заключен реальный договор на обслуживание каких-то подземных коммуникаций, только называют они себя в договоре конечно, иначе… Какое-то ООО или ЗАО…

— Так вот это кто офисы в канализации устраивает! — с удовлетворением резюмировал Миха, — Так и запишем: наше дерьмо теперь, наконец, инвентаризовано и выгодно реализовано…

— мФу, Миха, ну ты и выдал, —скривилась Ксюха, — Совершенно неаппетитно. Как ты не понимаешь, их цель — хранить нашу мораль!

— Вот-вот, и место, наконец, нашли ей достойное…

— Кстати, слышали про «истребителей машин»? — раздался новый голос, и Миха не сразу понял, что это — нарушивший добровольный обет молчания Леха.

— Ну, конечно, кто про них не слышал…— сказал Миха.

— Это ж неформалы какие-то на роликах? — подал из темноты реплику Борис.

— А скажите, пожалуйста, с чего это вдруг какие-то неформалы занялись целенаправленным уничтожением машин, причем не всех, а по какому-то определенному принципу отбора? — гнул какую-то свою линию Леха.