Не замечали лодок, причала - глаза их глядели дальше. Не слышали говора идущих навстречу людей, какое им дело?

Поднялись по берегу и здесь - позади лес, впереди простор - сели среди камней.

- Костя, - сказала Варя. - Тебе не хочется петь?

- Нет, - ответил Костя. - Зачем?

- А мне хочется.

Мужчина подумал, ответил:

- Пой.

Варя посмотрела на него, склонив голову.

- А не будет ли это... - она не договорила.

- Чем? - спросил Константин.

- Диссонансом.

- Не пойму тебя, - признался Костя.

- Ты ничего не слышишь? - спросила Варя.

- Нет, а ты слышишь?

- С тех пор как мы проехали Камень...

Мужчина ждал, пока кончится фраза.

- Я слышу музыку, - сказала Варя.

Константин засмеялся, привлек Варю к себе.

Варя имела редкую профессию - нейрохимик. Новая наука делала первые шаги в области интенсификации работы мозга, воображения. Да и сама Варя обладала фантазией. Считала - качества эти свойственны всем людям, искала пути к их пробуждению, к художественному обогащению человека.

- Костя, - говорила она, когда они привыкли к Байкалу, стали его частью и не мыслили без него жить. - Хочется необычайных вопросов, необычайных ответов. Все здесь необыкновенное, Костя. Даже травинка, крапива - она совсем не такая, как у нас под Орлом.

Они приехали из центра России - страны тихих утр, спокойных вечеров и неярких красок.

- Даже камень, - продолжала Варя, держа в руке бурый с желтизной камень, - что в нем, скажи? Я слышала, здесь, в Лимнологическом институте, позвонок плезиозавра. Может, в этом камне его тело, мозг? Ну ладно, плезиозавр - это очень давно. Есть более близкие события, люди. Они проходили здесь, жили, мечтали и ушли навсегда. Неужели так просто: прийти-уйти? Не верю, что после людей ничего не остается. От плезиозавра и то позвонок. А я хочу, Костя... хочу видеть перед собой что-то или кого-то сейчас. Хочу слышать голоса, речь. Это не смешно, нет?