Утро началось суетой. Проверяется снаряжение, на костре готовится завтрак. В палатках и возле них:

— Надя, резервные батарейки!..

— Немного в подъеме жмет, но, думаю, обойдется…

На земле, на кроватях шерстяные свитеры, шлемы.

— Завтракать!

Душистое, обжигающе горячее какао.

— Наполнить термосы!

Молодое небо безоблачно. Солнце еще не вышло из-за горы, но уже тронуло скалы. В долине линяет серозеленый сумрак.

Короткое слово Ветрова, и группы — первая, вторая, третья — втягиваются в прохладный зев. Мы с Гараем в последней группе. Прощай, начавшийся день!

Идем во весь рост. Светят передние два фонарика — Павла Никаноровича и Санкина. «Экономьте энергию…» — неписаный закон спелеологов. Впереди в пляшущем подвижном свете семь медлительных силуэтов. Себя я не вижу. Я замыкающий. Но если взглянуть назад, на стенах пещеры, на потолке бурная пляска теней.

Не проходим двухсот шагов — поворот и пещерный зал. Санкин поднимает фонарь — луч теряется в темноте. Отряд жмется влево, к стене, справа пустота, и луч ничего не нащупывает.

— За мной, за мной! — слышится голос Ветрова.

На мгновение появляется над головой желтое пятно — потолок — и тут же исчезает, будто неведомая рука оттягивает его ввысь. Опять отряд жмется к стене.

Шаркают подошвы по камню, никто не разговаривает- нет желания разговаривать.

Через минуту впереди возникает стена, перечеркну тая черным зигзагом, — проход. Гуськом втягиваемся в проход, и тут же первое ответвление вправо.

— Незваный, — освещает фонариком Ветров, — ваш туннель.

Незваный, за ним Игорь Пичета и Шура Гвоздев отворачивают вправо.