Но Вильгельм уже сообразил сам — его желтая точка на индикаторе стала быстро перемещаться. Квалин и Муравьев тоже не теряли времени — бежали по залу, надеясь отыскать другой проход. Однако пока они не приближались, а только отдалялись от товарища по экспедиции.

Вот забрались бы ко мне на «Устремленного» непрошеные гости, подумал Михаил. Проделали дыру в обшивке, начали лазить по отсекам, заглядывать в двери… И что бы я делал — молча смотрел на это безобразие? Нет уж — сначала постарался бы изолировать и поймать их, а потом… потом уже разбирался бы, что они за птицы.

За секунды в голове выстроилась картина: то, что разведчики воспринимали как эккумундивный источник, на самом деле часть защитной системы «Призрака», патрулирующей коридоры. Пока они были во внешнем проходе, она только следила и не предпринимала ничего — возможно, пыталась разобраться, зачем они здесь и какова их цель. Но как только они добрались до зала — во внутренние, критические для системы отсеки, — она стала действовать. Начала с того, что разделила их… Какой будет следующий шаг, можно было только догадываться.

Справа осталась последняя закрытая дверь. Дальше зал заканчивался: там виднелся уходящий вперед коридор, но вряд ли он привел бы разведчиков к Эрбрухту. Однако Квалин углядел и проход справа, на высоте человеческого роста над полом. Если вскочить в него, то, вполне возможно, он выведет куда надо. Источник эккумундивной энергии тем временем замедлился, но зато…

— Вилли! Эта штука почти остановилась. Но от нее отделилась биоформа, догоняет тебя!

— Я не вижу! — Казалось, Эрбрухт сейчас заплачет. — Может, твой датчик ошибся?

— Нет, — сказал Муравьев, не прекращая бежать, — на моем тоже. Ерунда какая-то…

— Вилли, ну успокойся ты! — заговорил Квалин. — Включи усиление и жди, пускай подходит. Лучемет наготове держи и, чуть что, врубай эккумундивку. А то и правда ерунда, призраков каких-то пугаемся…