– Стой! – От возбуждения Сухмет даже руку поднял, как будто собирался остановить целый караван.

– Что случилось? – Рубос уже наполовину вытащил свой меч.

Сухмет провел руками перед собой, выставив ладони вперед.

– Не знаю. Я ничего не чувствую.

Лотар насторожился. Деревья, лужайки, заросшая колея дороги… И никакого отзвука, словно даже свет проваливался во что-то впереди, а назад не возвращался.

– Чувствуешь? – спросил его Сухмет.

– Какая-то преграда, только не пойму, старая или поставленная недавно.

– Или ее просто разнесли в клочья, – предположил Сухмет.

Лотар кивнул. Это действительно могла быть какая-то старая обманка, магическая завеса, которую преодолели, но обрывки ее остались на траве, на листьях, на стволах деревьев.

– Опасности, кажется, никакой быть не может? – полувопросительно сказал Лотар.

В самом деле, кто же будет прикрывать засаду таким клочком магии?

– Тогда пошли, – сказал Рубос. Ему не терпелось. Впрочем, он не сделал вперед ни одного движения.

Лотар шагнул, потом еще. Нет, даже вблизи он не ощущал опасности. Было что-то другое, какой-то кислый привкус, словно у холодной меди осенней ночью, но колокольчики молчали.

Вдруг мир словно разорвался, что-то ошеломляющее мелькнуло в сознании… Лотар бросился на траву, выхватывая Гвинед… Но меч так и остался наполовину в ножнах. Все было спокойно. Очень спокойно.

– Ты чего? – Рубос уже стоял с мечом в руках за стволом невысокого кипариса.

Сухмет своим маленьким, но убийственно тугим самострелом выискивал цель.

– Шагайте, тогда сами поймете.

Они подошли. Каждый из них по-своему пережил этот разрыв в пространстве. Рубос крутанулся на месте, нанеся слепой, отчаянный удар мечом, который не встретил ни малейшего препятствия, а лишь просвистел в воздухе, как сиплый щегол. А Сухмет вздрогнул всем телом, и его глаза на мгновение стали огромными, темными, бездонными. Он пытался определить характер и суть колдовства, под действие которого попал.