Несомненно, она когда-то носила ошейник, но годы взяли свое. Либо хозяин умер, либо - спился и вышвырнул собаку из дому. В переходе было ощутимо тепло - она грелась. Нет! Я тут же отбросил глупое предположение. Она ждала. Она кого-то или что-то ждала, заглядывая в лица нам, хозяевам здешней жизни. Жизни, в которой старой овчарке больше не было места. Но люди проходили мимо. Двери все так же ходили взад-вперед. Уборщица по-прежнему сгребала грязь, а бомж волочил свою постель... Я не видел, как эта девушка оказалась рядом с худой овчаркой. Одетая скромно, не по моде, она как-то застенчиво присела около собаки и погладила ее большой умный лоб. Потом девушка достала из сумочки что-то завернутое в целлофан и на ладони поднесла к собачьей морде. Овчарка отвернулась. С трудом приподнялась. И, хромая, перешла к противоположной стене, мимо стеклянных дверей. Там она вновь легла. Народ изменил направление, и потек в освободившийся проем, матерясь и с натугой протаскивая в дверь елки, крепко связанные по рукам и ногам. Девушка была настойчива, она вновь подошла к собаке, наклонилась, стала о чем-то с ней говорить. Овчарка в ответ жалобно заскулила, точно извинялась. Я давно уже опустошил банку и наблюдал издалека, комкая тонкий металл в руке - диалога я не слышал. Девушка положила еду подле овчарки и отошла в сторону, встала, прижавшись к стене, почти коснулась меня локтем. - Извините! Я глянул на незнакомку и скорее почуял, чем осознал, что она заметила и принимает мое участие. - Ничего... Только вы зря это. Пищу не возьмет. - Я это знаю, - подтвердила мою догадку незнакомка, поправив черные, как смоль, волосы, соскользнувшие на лоб из-под белого, пухового платка. Действительно, овчарка снова тяжело поднялась, медленно, но верно, оставив подношение на полу, она вернулась на прежнее место и улеглась, уронив морду на лапы. Я замер, комок подступил к горлу - к хлебному мякишу протянулась грязная, вся в царапинах и подтеках рука. Бомж схватил гамбургер, или что это еще было, затравленным псом огляделся, а потом запихнул половину булочки в рот, сглотнул - в ту минуту все мои чувства обострились, а мороз пошел по коже, когда дернулся его кадык.