Начнутся волнения общественности, против «чудовищного эксперимента» поднимутся правозащитные организации и служители культа: миллионы верующих — это страшная сила, подаст свой голос «Гринпис», давно выступающий за ограничение генетических опытов, проявит недовольство КЭТКОН, естественно, свое слово скажет Всемирный Совет; и под давлением общественности Гос. Совет Федерации примет закон. Киноссапы будут уничтожены или, в лучшем случае, сосланы в резервацию на отдаленной планете. Идея включения киносапов в сообщество людей окажется погребенной на веки вечные. «Это полный провал. Но что делать, если любой болван может опубликовать все, что ему вздумается. А если крупное издательство не примет статью, можно моментально зарегистрировать собственную газету, было бы желание». От горьких мыслей Сергея оторвал сигнал вызова. Это опять был Лавров.

— Ознакомился?

— Я могу его пристрелить?

— Можешь, в порядке очереди. Будь в 8:20 в аэропорту. Зал 8А. Подготовь все данные по «Младшему брату».

— Тема не отменяется?

— Нет. Операция переходит в новую стадию.

Кирилл Андреевич отключился. Сотрудники Уральского отделения давно привыкли к такой манере общения, которая объяснялась отнюдь не невоспитанностью, а элементарной нехваткой времени. После звонка стало легче. Операция не отменяется, значит, Лавров считает, что еще не все потеряно, может быть. Сергей неожиданно от души расхохотался, обнаружив, что сидит перед компом в одних трусах, и побежал принимать душ.

4

В аэропорт Сергей прилетел раньше времени и 10 минут дожидался Лаврова с Гребневым. До Новгорода летели молча, каждый поглощенный своими думами. Еще 15 минут полета на флаере, и в 9:20 по Уральскому времени они вошли в серое массивное здание Главного Управления СГБ ЕФ. Местное время отличалось на два часа, но все приглашенные уже собрались в конференц-зале.

Сергей плохо запомнил совещание.