Юрий Самойлофф — это у Борисыча было фамилие такое. Кир не знал, почему он писался через два «ф», но поскольку этим страдала половина Фидо, глупых вопросов не задавал. Впрочем, у Борисыча он побрезговал бы спросить даже — который час. История же между ними приключилась такая — по увольнению из фирмы Кир очень Борисыча невзлюбил, понятно, чувство было вполне взаимным). По натуре будучи человеком мелочным и гадким, Юрий не преминул растрезвонить о случившемся по всем каналам, включая Фидо. Примерно месяц Кир молчал, смиряя гордыню, но когда флейм

А с вирусом тем получилось вообще неприятно. Оказалось, что ни полифаги его не угрызают, ни ревизоры не видят в упор, что вообще — то крайне приятно — а как может быть неприятно, когда твое детище вдруг заработает в точности так, как ты этого давно и безуспешно от него добивался? Пришлось раскидать по всем серверам

— Почта, однако (2:5030/XXX) ————————————— NETMAIL

Ms.: 5of6

Fro.: Yuri Samoyloff 2:5030/YYY 22 Jan 96 20:16:01

T.: Kira Maximov 23 Jan 96 00:22:41

Sub.: Пидер гнойный

Motherfucker!

Я очень хочу набить тебе морду. Если не ссышь, приезжай в сосновку

сам знаешь в какое место. В четверг в восемь вечера.

—— по 2.50 на деда

Сон почти не запомнился — осталось только ощущение навязчивого кошмара; он давно был знаком и вообще, можно сказать, являлся старым привычным гостем: колодец лестничной клетки и прямоугольная спираль полуосыпавшейся лестницы — без перил. Где-то ступеней не было совсем: там, соединяя целые фрагменты пролетов, тянулись ржавые двутавровые балки, похожие на рельс-двадцатипятку. Все это Кир видел уже не раз, и не раз, обмирая и вжимаясь в шершавую от осыпающейся масляной краски стену, подальше от страшного неогражденного провала, совершал мучительное восхождение на ни к черту, но ради какой-то другой неведомой потребности необходимый четвертый этаж; полз, пропуская весело перепрыгивающих через провалы прочих и завидуя этим прочим, их легкости, небоязни…