Сбежав по лестнице в холл на первом этаже, я обнаружил там… нет, отнюдь не полный разгром — но некоторый беспорядок. Оконные стёкла были сверхпрочными и небьющимися, поэтому они уцелели. Зато входной двери повезло меньше — взрывной волной её сорвало с петель, она влетела внутрь, опрокинула по пути кресло и врезалась в трюмо, разбив вдребезги зеркало. В воздухе явственно чувствовался запах озона, горелого мяса и тлеющего тряпья.

Осторожно, чтобы не наступить босыми ногами на осколки стекла, разбросанные по всему холлу, я пробрался к парадному входу. Неприятный, тошнотворный запах становился всё сильнее, что и неудивительно — на покорёженном взрывом крыльце валялся обуглившийся человеческий труп.

Впрочем, обрадоваться удачному исходу моей затеи я не успел, так как сразу увидел в отдалении серебристый аппарат с крыльями, похожий на небольшой реактивный самолёт, и троих идущих ко мне людей. Двое, которых я прежде не встречал, были явно огорошены и даже напуганы происшедшим; на их лицах читался ужас вперемежку с отвращением. Зато третий — увы! хорошо знакомый мне — откровенно забавлялся ситуацией. Его губы кривились в злорадной ухмылке… Как же я ненавидел эту ухмылку!

Двое незнакомцев остановились перед крыльцом, а Александр спокойно поднялся по ступенькам, с полным безразличием перешагнул через труп и подошёл ко мне. Я пребывал в полном оцепенении, стоял неподвижно, как истукан, и тупо таращился на своего мучителя, а в голове судорожно билась лишь одна-единственная мысль: меня снова перехитрили… вернее, я перехитрил сам себя!

— Так, так, так, — по-прежнему ухмыляясь, произнёс Александр. — Признаться, ты разочаровал меня, Эрик-гадёныш. Я-то думал, что тебе достанет ума и терпения подождать года три-четыре и только затем устроить нечто подобное. Но ты оказался слишком глуп и нетерпелив. — Он повернул голову и бросил беглый взгляд на обугленное тело. — Если не ошибаюсь, это уже второй мертвец на твоём счету… Даже третий — ведь бедный дурачок Зоран погиб также по твоей вине.