Эта пытка продолжалась часами, он физически ощущал каждый запах, свет резал ему глаза даже сквозь плотно закрытые глаза, полуденная жара делала тело омерзительно, тошнотворно скользким от пота. Никакие обезболивающие не могли сбить накал боли, никакие наркотики не помогали, доктора разводили руками... И только этот странный человек с бездонными глазами, в которых плескались воды Стикса, мог встать на пути беспощадной, искрящейся, уничтожающей все на своем пути волны боли. Полковой врач с презрением и завистью смотрел ему вслед, солдаты сторонились и называли колдуном, трижды переплевывая через левое плечо за его спиной, но Марио Варгас хотел знать только одно: этот человек спасает его от головных болей.

Позволяет ему жить, думать и существовать под этим трижды проклятым небом.

- Давай-давай... Не спрашивай... - Марио закатал рукав рубашки, перехватил жгутиком предплечье и начал сжимать и разжимать ладонь.

- Я уже говорил вам, что это средство опасно, мой майор, - произнес врач, глядя, как набухают вены.

- Плевать. Поверь, мои головные боли гораздо опаснее... Еще не достаточно?

- Нет, еще нет. Качайте, мой майор... - произнес индеец бесцветным голосом. - Это средство пьет вашу жизнь.

Такова цена, которую вы должны платить за то, что избавляетесь от боли. Это средство пьет вашу жизнь и сосет ваш разум. Капля за каплей.

- Что ты хочешь сказать?

- Я хочу сказать, что вы сильно рискуете, каждый раз употребляя это, доктор ввел иглу в набухшую вену. Нажал на поршень, и темная, как кровь, жидкость начала поступать в организм майора.

- Я военный... - проскрипел зубами Марио. - Я рискую всегда...

Боль уходила не спеша. За время допроса и подготовки к инъекции она успела завладеть организмом и не желала сдавать позиции. Рвала грубыми когтями кровоточащее пространство мозга, впивалась в кости...

- Я военный... - снова выдавил из себя слова Марио. - В этой поганой стране нет профессии опаснее... Ну разве что... Разве что быть революционером...