– Сенсация в том, что я не человек, а марсианин…

– А, да, да… Это, разумеется, поразительная сенсация…

– Ну вот, вы опять несете благоглупости. Как вы позволяете себе столь беззастенчиво лгать?

– Что вы имеете в виду? И почему это вы так выражаетесь?

– Ну, а как же? Как же еще? К вам, специалисту, является человек, называет себя марсианином, и вы не выказываете ни малейшего сомнения. Согласитесь, это абсурд. В чем же дело? Или со мной здесь шутки шутят?

– Вы меня как-то переоцениваете. Какой я специалист? Так, пишу для радио, кое-чем интересуюсь, конечно…

– Но ведь не сумасшедший, не идиот же?

– Ну, знаете… – Я было вспылил, но тотчас спохватился, что мой собеседник – псих, и если я поддамся на провокацию, расплачиваться придется мне, а не ему. Взглянув на часы, я убедился, что прошло всего пять минут. Еще двадцать пять минут… Только бы продержаться, скорее бы все это кончилось. – О таких вещах даже в газетах пишут.

– Сейчас уже не времена Уэллса, и вам должно быть известно, что на Марсе высокоорганизованных животных нет. Данные, более достоверные, нежели простые догадки, убедительно свидетельствуют, что в крайне разреженной атмосфере и при почти нулевой влажности жизнь, сколько-нибудь подобная земной, существовать не может. Или… – Он понизил голос и произнес, улыбаясь не то цинично, не то издевательски: – Скажите, сэнсэй, а может быть, я не кажусь вам высокоорганизованным животным, а? Не стесняйтесь, скажите! Каким вы видите мой образ? А? Не стесняйтесь, скажите! Каким вы видите мой образ?

Ну до чего же утомительный и настырный псих! Никогда не думал, что умалишенные могут быть такими въедливыми. Чем больше ты ему поддакиваешь, тем больше он вдохновляется и только запутывает нить. Но, с другой стороны, отказаться поддерживать разговор было бы еще опаснее. Не зная хорошенько, что ответить, я промямлил:

– Ну… это, видите ли, вопрос очень деликатный, сложный… Что представляет собой ваш образ? Понимаете, человеческий глаз – это не фотоаппарат, тут непременно примешивается элемент субъективности. Не даром же говорят, что сто голов – сто умов, не так ли? В конечном счете, если исходить из методов концепционных нормативов, сказать можно все, что угодно…