Кажется, статья эта попалась мне на глаза в электричке, когда я возвращался из радиостудии. У меня вдруг все похолодело внутри, я почувствовал, будто что-то во мне вот-вот взорвется, и принялся вновь перечитывать заметку. Строчки бикфордовым шнуром бежали перед глазами, и едва я дочитал до конца, с ослепительной вспышкой грянул взрыв. Когда взрывная волна достигла мозга, моя идея приняла отчетливую и ясную форму.

На первой же остановке я выскочил из электрички и бросился к ближайшей телефонной будке. Наверное, мне не следовало пороть горячку. Наверное, надо было вернуться в студию или поспешить домой, чтобы сперва набросать свой план на бумаге. Во всяком случае, сначала следовало тщательно разработать тактику, а потом уже звонить. Но ракета неумолимо мчалась к Марсу, посадка предполагалась меньше чем через три недели, надежд у меня больше не оставалось никаких, и мою душу распирало ненадежно загнанное вглубь нетерпение. Да нет, дело было не только в этом. Я буквально гнулся под сладкой тяжестью своей великолепной идеи. Мне не терпелось поскорее щелкнуть по носу нашу чиновничью братию, а пуще всего я хотел успокоить жену и вернуть в семью мир и спокойствие. Ибо несчастна жена, потерявшая веру в мужа, но трижды несчастен муж, утративший доверие жены.

Когда в телефонной трубке отозвался голос моего мучителя, заведующего редакционным отделом, я заговорил каким-то развязным тоном, удивившим меня самого:

– Нашел. Придумал превосходный трюк. На той неделе и начнем. Форма, стилистика – все будет совсем другое… поворот, так сказать, на сто восемьдесят градусов…