На въезде в селение он увидел нескольких свиней, которых пас тощий мальчишка в перешитом комбинезоне. Увидев машину Андрея, паренек опасливо втянул голову в плечи – Огоновский приветливо помахал ему рукой и попытался вспомнить лица тех, кто жил здесь раньше.

Одно из таких лиц он попалось ему буквально через минуту. Возле старого грузовичка курили двое мужчин, на одном из которых красовался десантный офицерский комбез со споротыми знаками различия. Андрей притормозил и высунулся из машины:

– Привет, Блэз! Навоевался, старик?

– О, господи, док!

Нелепо вытянувшись, Блэз отмахнул честь и тотчас же полез в карман за флягой.

– Лейтенантом пришел? – спросил Андрей, с улыбкой разглядывая открытое лицо шахтера, украшенное большим рваным шрамом на щеке.

– Так точно, ваша милость! – хохотнул Блэз.

– Ну, хорошо, хоть пришел. А вот друга твоего не помню… кто таков?

– Да и помнить не можете. Я его с собой притащил – мы с ним всю войну в одном взводе. Только я потом командиром своего, а он – взвода разведки… было дело.

– Хэнкок, – представился молодой мужчина, – Стив Хэнкок. Я с Бифорта, мелкопоместный, так сказать… земли на всех не хватает, я и возвращаться не захотел.

– Полковник Огоновский, медслужба Флота, – немного пьяно ответил Андрей. – Здешний врач, так сказать. Как дела, бойцы? Как перспектива?

– У нас-то куда ни шло, – вздохнул Блэз. – Стив помогает, работы валом, так что внакладе не будем. А вот у других… ой, мама ж ты моя…

Шахтер опустил голову, передернул плечами, и Андрей с удивлением увидел, что Хэнкок ласково треплет его по шее, пытаясь успокоить.

– У него с нервами, – тихо объяснил он, поймав удивленный взгляд Огоновского. – Рана… а вообще, тут действительно такое… у кого фермы, те еще как-то, женщины друг другу помогают, да и мы пытаемся. А вот у кого шахты, да еще и сыновья не пришли, тем хоть погибай.