— Как, например, было с продажей летней одежды существам, которым эти тряпки нужны как собаке пятая нога, потому что они вообще ничего не носят? — спросил Махони. — Если уж ей удается умаслить любых дикарей вроде…

Чапман дружески похлопал своего кузена по плечу:

— Все не так просто, Эд. Осирианцы — натуры увлекающиеся и за модой следят. Вдобавок у них единственных среди инопланетян настоящая рыночная экономика, даже меньше социализированная, чем в Штатах.

— Ну а что мне делать, если у этой мисс Нетти совсем поедет крыша? — спросил Махони.

— Не знаю, — сказал Чапман, — но мне бы ужасно не хотелось вернуться и обнаружить, что никого из компании «Гринфарб — Голливуд»…

— Внимание пассажирам! Todos passageiros! — прогремели громкоговорители сначала по-английски, а потом по-португальски.

Чапман и мисс Зорн перед тем как подняться по трапу пожали руки Махони. Он крикнул им вслед:

— Ведите себя хорошо! Или вы не сможете…

Чапман подумал, что если ему что-то такое и втемяшится в голову, все равно затащить в койку девицу на два дюйма выше его ростом не удастся. Сказать это вслух он не решился, потому что намеревался поддерживать с Сильей хорошие отношения даже несмотря на то, что она и не думала строить ему глазки.

Через семь часов они высадились на Тихо, чтобы пройти через обычную бюрократическую волокиту перед посадкой на корабль «Комоэс» до Осириса или, другими словами — Проциона XIV.

Таможенник спросил:

— Судя по всему, для вашего багажа зарезервировано спальное место, синьор?

— Совершенно верно, — ответил Чапман.

— Не совсем понимаю. Ваш багаж содержит живое существо?

— Ничего подобного. Это мои образцы.

— Образцы — чего?

— Одежды. Я торговый агент компании «Гринфарб — Голливуд», выпускающей летнюю одежду. И мисс Гринфарб настаивает, чтобы я спал рядом с этим чемоданом, пока не закончу все дела.