Более того, мысль о возможной поимке чуть не заставила его плюнуть на рог.

Прожив тихую, достойную и респектабельную жизнь, он будет погублен, если его заметят. Стоит ли рог этого.

Он решил, что да. Отступи он сейчас, он всю свою жизнь будет гадать о том, что же он упустил. Его ждало величайшее из всех приключений, такое, какого не испытывал никакой другой человек. Если он сейчас струсит, то может с таким же успехом застрелиться, ибо он будет не в состоянии вынести потери рога или самобичеваний и обвинений в отсутствии смелости.

В комнате отдыха было так темно, что он вынужден был нащупывать путь к стенному шкафу кончиками пальцев.

Обнаружив раздвижные двери, он откатил левую, которую он отталкивал в сторону в полдень. Он медленно подталкивал ее локтем, чтобы избежать шума, и остановился послушать звуки снаружи дома.

Как только дверь была полностью открыта, он отступил на несколько шагов. Он поднес мундштук рога к губам и тихо подул. Раздавшийся из него трубный звук так сильно поразил его, что он выронил инструмент. Пошарив вслепую, он обнаружил его наконец в углу помещения.

Второй раз он подул сильно. Раздалась еще одна громкая нота, не громче чем первая. Какое-то устройство в роге, наверное серебристая паутина за мундштуком, регулировало децибельный уровень. Несколько минут он стоял в нерешительности с поднятым почти у рта рогом. Он пытался мысленно реконструировать точную последовательность семи слышанных им нот.

Семь маленьких кнопок на нижней стороне явно определяли различные гармонические волны. Но он не мог выяснить, которая, не экспериментируя и не привлекая внимания.

Он пожал плечами и пробормотал: