Ну что вы хотите – тяжелое детство… В смысле, что он не чистокровный дарг, хотя по нему этого и не скажешь. Только вот его… «даржисть» вылезла чуть позже. А в то время они с мамой жили среди людей. Ну, сами понимаете, никто такому соседству счастлив не был. Так что по злобности характера сей индивид переплюнет любого. А пока от меня напряженно ждали ответа, который и получили:

– Конечно! – сходить с ума, так по–полной! – Странный глюк, порожденный моим дремлющим разумом!

Я бабочка или мне это все сниться?..

Минута молчания. Похоже, им еще никогда не встречались полоумные, которые вылетают из кустов, все вокруг крушат, да еще и хамят глядя прямо в лицо.

Кстати о кустах… Забыв на время об этой гоп–компании, я оглянулась. Ып! Ой, чегой–то мне нехорошо… И желудку видать, тоже стало интересно полюбоваться на окружающий пейзаж. Иначе, с чего это ему к горлу подступать?..

Вокруг в живописных позах валялись бывшие человеки. Почему – бывшие? Потому что вряд ли можно продолжать жить с таким количеством не совместимых с дальнейшей жизнью дырок в теле!

О, кстати о человеках. Вот почему–то я не припомню, что бы в моей книге пробегали сии бледно–серые поганки со странной жидкостью в венах, по цвету больше всего напоминавшей сопли заядлого гайморитика… Склерозом я пока не страдаю, фантазия хоть и буйная, но моя собственная… Этот ж кака така нехороша личность в мой рассказ лезет?! Повбываю на фиг…

– Ты! – наконец–то разразился гневным воплем опешивший дарг.

Но все его возмущения я самым неподобающим образом проигнорировала, присев на корточки у одного из трупов и изучающе потыкала в него пальцем. Словно в камень тыкаешь. Едва ноготь не сломала!