Раз! Макс уклонился чуть в сторону, выставил вперед правую ногу и, дождавшись, когда насильник подскочит ближе, нанес короткий удар в скулу – хук. Молниеносно и четко – как на ринге. Охнув, парняга удивленно повалился на землю. Но его напарник уже пришел в себя: не вставая, резко, словно завидевший теленка крокодил, бросился Максу под ноги, ухватил.

Черт! Ловкий гад!

Не удержав равновесия, Максим грохнулся в песчаную пыль, чувствуя, как сильные, вдруг показавшиеся стальными пальцы сжимают его горло. Нечестно! Нечестно это! Ну до чего ж подлый прием!

Стало трудно дышать, в глазах потемнело… А тяжелый этот гад! Жилистый! Эх, ударить бы… да только вот как? Макс чувствовал, что задыхается, теряет силы, а вражина не отпускал, сжимая пальцы все сильнее и сильнее. Смуглое широкое лицо. Вонь изо рта. Мерцающие белки глаз. И довольная ухмылка на тонких губах.

Перед глазами все поплыло… Воздуха! Воздуха!

Юноша дернулся из последних сил.

И вдруг вражья хватка ослабла! Резко, словно бы кто-то выключил рубильник. Парняга как-то странно выгнулся… и уронил голову Максиму на грудь.

Что-то повелительно произнес девичий голос. Макс, тяжело дыша, сел и, пошатываясь, поднялся на ноги, опираясь рукою на глыбу. Поднял глаза. Ну конечно! Девчонка! А в руках у нее – здоровенный увесистый камень. И как только подняла?

Черт! А камень-то, между прочим, в крови! Что же, она, выходит, этого… того, прибила?

Макс огляделся – тот, которого он ударил по лицу, уже сидел на корточках и, скуля, качал головою, похоже, не помышляя уже ни о каком сопротивлении и ни о каких девчонках.

Спасенная неожиданно ухватила Максима за руку и что-то быстро сказала, указывая кивком на садящееся солнце. Что она там говорила, юноша, естественно, не понял, но догадался – советует убраться отсюда до наступления ночи. Что ж, вполне разумное предложение.