Надо, а вот с Олегом, видимо, не сумели, недосмотрели. А «недосмотрел» ли кто-то другой? Что же все-таки случилось с этим молодым парнем? Что толкнуло его на тяжкое преступление, заставило нанести такой удар отцу? Какие обстоятельства, именно обстоятельства, мысленно спрашивал себя Андреев. Уж очень не хотелось поверить в то, что молодой Рыбаков — подонок и подлец, корыстолюбец, готовый за деньги продать Родину, отца. А что, если он жертва провокации? Правда, он как будто сам подтвердил, что не хочет возвращаться на теплоход. Но случается и так, что даже честный по натуре человек попадает, в положение, когда он, совершив какой-либо проступок, наказуемый обществом, хочет его скрыть. Опытный враг нашел это самое больное, уязвимое место. И человек не выдержал. Было ли решение Олега Рыбакова остаться за рубежом заранее обдумано или это произошло случайно, под давлением какого-нибудь особого стечения обстоятельств, может быть, специально подстроенных? Тогда что побудило его остаться? Чьей руки это дело? К деятельности какой иностранной разведки отнести этот успех, именно успех? Ибо молодой советский человек, видимо, способный, стоявший на пути к полезной работе, вдруг совершает такой непоправимый шаг.

Докладывая генералу Светлову о ходе следствия, Андреев поделился с ним своими сомнениями. Ничто пока не говорило о молодом Рыбакове, как о корыстолюбце, готовом на любую сделку с совестью. Все отзывались об Олеге хорошо, отмечая его трудолюбие, увлеченность.

— Вы все же предполагаете, что обстоятельства? — спросил генерал.

— Я пока ничего не могу предполагать с уверенностью. Просто не вижу фактов, которые бы говорили о том, что это поступок любителя сладкой жизни.

— Я с вами согласен, Михаил Макарович. Значит, надо искать более глубокую подоплеку, искать того, кто заставил Олега совершить этот шаг. Может быть, все это удастся выяснить, когда мы услышим тех, с кем он провел последний месяц, на чьих глазах это все произошло, — спутников Олега Рыбакова по круизу. Когда они прибывают? Вы справлялись?