— Ксс! — Мальчик кулаком постучал по обломкам стены. — Ксс… он узнал. На минуту… Клянусь клыками Окстора, он узнал! — Мальчик откинул голову и выкрикнул, как боевой клич: — Ксс… он узнал… ты должна вернуться… должна!

И хотя произнес он это, как Мудрая, вызывающая силы, ответа он не получил. Должно быть, для него очень много значило то, что его товарищ слегка заинтересовался кошкой. Может быть, впервые его лорд заинтересовался чем-то, — после раны или болезни, превратившей его в пустую оболочку. И мальчик хотел, чтобы Ута была рядом, поскольку надеялся…

Бриксия чуть шевельнулась. Юноша был так поглощен своими надеждами и страхами, что она могла встать и уйти, и он бы ее не заметил. Она должна была уйти. Но любопытство, похожее, наверное, на кошачье любопытство Уты, удержало ее на месте. Эти двое не казались опасными.

— Ксс… — голос мальчика смолк. Мужчина чуть шевельнулся и, когда мальчик повернулся к нему, поднял голову. Его помертвевшее лицо не изменилось, но он запел, как мог бы запеть сочинитель песен на пиру.

Обрушилась Сила, Вызванная Элдором, Свирепая гордость, Мощь, которая царствует вечно, Пришла по его призыву, Чтобы сделать его Господином всего. Но Зарстор обнажил Меч мозга, Поднял щит воли И поклялся смертью, Всем жаром и всем сердцем Не сдаваться. Сверкнуло звездное Проклятие, Мрачно и ярко, Тьма восторжествовала Над Светом. Пуста земля Зарстора, Поля его голы. И никто уже не знает, Кто здесь некогда правил. Так из-за гордости Элдора Смерть и разрушения Воцарились повсюду.