Рыжая Карла расхохоталась. Ей показалось забавным, что неутомимый охотник за чужими тайнами, способный исподтишка всадить в спину половинку ножниц, готов целую ночь и день провести в пути, чтобы услышать, как шумит океан в ракушке.
- Я отошел подальше от берега и стал разгребать песок. В этом месте он образует небольшой холм, там когда-то была коса. Я давно заметил, что если раскапывать песок рядом с косой, можно найти много интересных...
- Ракушек! - перебила его Королева.
- Ну да, ракушек, - смутился Нытик. - Но они почему-то не попадались, хоть я вырыл глубокую яму. Я уже решил копать в другом месте, но нащупал что-то продолговатое и вытащил из песка бутылку странной формы. Представьте, Королева: большая стеклянная бутылка, снаружи обтянутая серебряной сеткой, с широким четырехугольным горлышком. Совсем не похожа на те, которых полно на свалке.
- Без подробностей! Мое терпение на исходе! - рассердилась Рыжая Карла.
Но без подробностей сообщение утрачивало для Нытика всякий смысл. Он затараторил в три раза быстрее:
- Горлышко бутылки было закупорено плотным слоем воска и сургуча. Естественно, повелительница, мне стало любопытно. Я снял сургуч, очистил воск и вытащил карту, совершенно сухую, несмотря на то, что бутылка долго провела в воде.
- Откуда ты знаешь, что это была карта Черного пирата? Мало ли на свете других корсаров, прятавших клады!
- По эмблеме. У него была особенная эмблема: скелет, виселица и пушка. И эти три знака изображены на карте и на серебряной сетке.
- Не врешь?
- Чтоб мне никогда в жизни не есть гуталин и не пить жидкость для мытья посуды! - поклялся главный шпион.
- Дай карту, я хочу взглянуть! - Карла требовательно протянула руку.
Нытик открыл висевшую на поясе сумку и извлек неровный, пожелтевший от времени кусок пергамента.