Соня протянула ему горящий, коптящий факел. По стенам святилища запрыгали фантастические тени. В их неверном свете Энне вдруг показалось, что связанный – теперь уже освобожденный! – глиняный божок отвратительно ухмыляется.

– Я пойду первым, – заявил Сирхан. – Энна посередине. Соня, ты замыкаешь. Прислушивайся хорошенько. Вдруг проклятые черномазые что-то почуяли и отправили за нами погоню? Хотя я думаю, раньше, чем настанет утро, ни один из них не сунет сюда свой приплюснутый нос.

С этой оптимистической речью Сирхан начал спускаться по ступенькам.

Казалось, не будет конца этому спуску. Виток за витком лестница уводила трех искателей золота в глубину, в самые недра земли. Что ждало их впереди – ужасная гибель, разочарование, победа?

В любом случае, раз уж они начали, необходимо довести дело до конца.

У Энны начала кружиться голова. Она потеряла счет ступенькам. Ей казалось, что она погружается в глубины преисподней.

Должно быть, подобное же чувство испытывала и Соня, потому что неожиданно рыжеволосая воительница нарушила молчание, сказав:

– Похоже, мы направляемся прямиком в недра ада!

Сирхан хмыкнул.

– Погоди немного, Соня. Может быть, этот ад обернется для нас самым настоящим золотым раем!

– Или могилой, – прошептала Энна. Сейчас ей было просто страшно. Дочь аквилонского купца отдала бы все сокровища народа Мгонги за простое счастье прижаться к отцовской груди, за обыкновенную радость проснуться у себя дома, в чистой постели. Увы, сейчас все это казалось ей недосягаемой мечтой.

– Мы спустились! – крикнул идущий впереди Сирхан. – Я ступил на ровный пол. Идите за мной.

– Подожди нас, – сердито попросила Соня. – Не беги вперед. Идти – так уж всем вместе.

– Ну, давайте быстрее, копуши! – Сирхан поднял коптящий факел высоко над головой, освещая длинный коридор, в котором оказались беглецы. – Тут что-то интересное, потрохами чую!