– А ты знаешь, как на крокодилов охотиться? – прищурилась Клавдия Степановна.

– Теоретически.

Теоретически я тоже знала: в одном из мест, где гигантская рептилия выползает из воды, втыкается нож, потому что обратно крокодил ползет тем же путем – и вспарывает себе брюхо. Правда, я очень надеялась, что на острове и в его окрестностях аллигаторов нет. Лучше уж шашлык из обезьяны.

– А пятки чесать будешь? – спросил у китайца Кирилл.

– Массаж точечный могу сделать.

– Пойдет. У меня поясница давно болит. Я хотел ее в тепле полечить. На песочке на горячем полежать… Представляете, народ, я даже на наших югах никогда не был!

– Так и я не была! – сказала бабка Варвара Ивановна. – Какие юга? Летом в огороде надо работать. Я семью продуктами на всю зиму обеспечиваю. И картошка у меня, и огурцы с помидорами, и кабачки, и капуста разная. И ягод много – смородина, крыжовник, малина… Невестка с внучкой консервированием занимаются, а в огороде только я. Сын с невесткой работают, а внучка на дачу не ездит. Но девочка хорошая…

– Сколько у вас соток? – спросила Клавдия Степановна.

– Двадцать пять. И все засажено. Никаких цветов, никаких глупостей. У меня каждый сантиметр обработан.

– Чего ж вы свой огород-то бросили? – посмотрел на нее бомж Кирилл.

– Мил-человек, так ноябрь же месяц!

– Чего, серьезно? – удивился Кирилл. – Осень такая теплая стоит, я думал, что еще сентябрь.

– Счастливые часов не наблюдают, – выдала балерина, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Так, все взяли свои вещи и пошли! – крикнул командир экипажа.

– А что, носильщиков не будет? – удивленно посмотрел на него Роман Разночинный.

– Вы не на гастролях.

– Интересно, где же это я? – еще больше удивился певец. – Согласен: эти гастроли несколько необычные, но суть-то одна. Я буду петь перед телекамерами… И аборигенов здесь полно. Давайте, организуйте нам их.