У Конана нет законных сыновей. Надеюсь, это положение продлится недолго.

Если с правящим королем (пусть нас Митра защитит!) произойдет что-нибудь скверное, Конан в завещании назначил Просперо наследником короны.

Оно и к лучшему. Старый Пуантенский герцог Троцеро постоянно болеет, а вот Леонард — идеальная фигура. Умен, сравнительно молод, решителен, завоевал искреннее уважение дворянства и народа. Возможно, если Конан не обзаведется суп- ругой и кровными наследниками, через некоторое время, мы получим короля Просперо Первого… Сейчас он — вице-король и второй человек в стране после киммерийца.

В Совет также входит наш железный канцлер Публио, герцог Форсеза. О нем я уже высказался. Не люблю я старого Публио — казнокрад выдающийся, но как администратор незаменим. За ним — генеральный казначей страны, усталый и издерганный Ришильди, он присутствует на заседаниях редко, но дело свое знает.

А вот тысячник — или, если по-благородному, легат войска — Паллантид приходит всегда. Он командует всей гвардией столицы, а в случае войны становится главнокомандующим аквилонской армией. В совете участвует и барон Гленнор — удивительнейший человек. Гленнор возглавляет секретную службу короля, получает указания только от Конана, не подчиняется никому кроме монарха и богов и вообще делает половину аквилонской политики.

Я остаюсь последним из семи величайших персон, правящих страной. Мои задачи просты — быть секретарем, составлять нужные документы, и не высовываться, пока не выскажутся остальные… Собственно, звание "тайного советника" было введено специально ради меня. Чтобы обидно не было. Жалование повысили ровно на девять кесариев — Публио решил, что в качестве библиотекаря я и так получаю более, чем достаточно. То есть в четыреста раз меньше самого Публио, не считая его незаконных доходов. Старый негодяй.