И вот теперь они стояли перед самым входом, за которым, как они знали, начинался смертоносный лабиринт. Рик был в тяжелом скафандре высшей защиты. Дэвид знал, что человеку, попавшему в ловушку, никакой скафандр не поможет, и поэтому он был облачен в обычный гермокостюм (ибо атмосфера планеты не была пригодна для дыхания); однако он все же обвешался разными сканерами и детекторами. Роджер же не сомневался, что все эти устройства столь же бесполезны, как и мощный скафандр: если бы таким образом можно было определить местонахождение ловушек, это давно было бы сделано. Каждый держал в руках портативный компьютер с планом Хранилища; таким образом, гибель одного не оставила бы без плана остальных.

Роджер окинул взглядом ущелье и громоздящуюся вокруг мешанину скал.

— Да, это место довольно трудно найти, если не знать, где искать, — заметил он. — И все же я не верю, что правительство о нем не знает.

— Должно быть правительство считает, что все это байки, — беззаботно произнес Рик.

— Я бы на его месте проверил, — продолжал сомневаться Роджер.

— Земляне уже почти 200 лет не знают, что такое война, — сказал Дэвид. — Это раньше людей легко было посылать на смерть тысячами, а сейчас трудно найти желающих рисковать своей шкурой ради государства. Ради собственного кармана — другое дело. Вот они и объявили, что купят любой подлинный инопланетный артефакт, найденный в космосе, сидят себе и ждут, а сами на рожон не лезут.

— Ну мы-то не станем связываться с этими скрягами из правительства, — осклабился Рик, имевший кое-какие связи.

— Ладно, парни, сначала надо еще достать эти штуки, — сказал Роджер и шагнул вперед. Нейтронитовая плита гостеприимно отодвинулась, открывая мрачный зев подземелья. Земляне зажгли фонарики на шлемах и вступили во тьму.