Однако вернемся к осколку. Она была явно недовольна.

-- Что это значит -- не заметил?-- с презрением спросила она тогда.

-- Просто не заметил, и все.

-- Не хочешь ли ты сказать, что если я воткну тебе в ногу булавку, ты этого не почувствуешь?

-- Этого я не говорил.

И тут она неожиданно воткнула в его лодыжку булавку, с помощью которой вынимала осколок, а он в это время отвернулся и ничего не чувствовал, пока она не закричала в ужасе. Опустив глаза, он увидел, что булавка наполовину вошла в ногу за .таранной костью.

-- Вынь ее,-- сказал он.-- Не началось бы заражения крови.

-- Неужели ты ничего не чувствуешь?

-- Да вынь же ее!

-- Неужели не больно?

-- Больно ужасно. Вынь ее.

-- С тобой что-то происходит.

-- Я же сказал -- больно ужасно. Ты что, не слышишь?

Зачем они делали все это со мной?

Когда я был возле моря, мне дали деревянную лопатку, чтобы я копался в прибрежном песке. Я вырывал ямки размером с чашку, и всякий раз к ним подбиралось море, а потом и оно не смогло добраться до них.

Год назад врач сказал мне:

-- Закройте глаза. А теперь скажите, я двигаю вашим большим пальцем ноги вверх или вниз?

-- Вверх,-- отвечал я.

-- А теперь?

-- Вниз. Нет, вверх. Кажется, вверх. Странно, что нейрохирургу вздумалось вдруг забавляться с пальцами его ног.

-- Все верно, доктор?

-- Вы очень хорошо справились.

Но это было год назад. Год назад он чувствовал себя довольно хорошо. Того, что происходит с ним сейчас, прежде никогда не происходило. Возьмите для примера только одну вещь -- кран в ванной.

Почему это сегодня утром кратэ в ванной оказался с другой стороны? Это что-то новое.