— Помнится ты и те трое придурков, что называют себя магами, получили приказ по прибытию в Сум! Помнишь?

— Помню, — деревянным голосом пробормотал я, хотя на самом деле ни черта не мог вспомнить про это поручение.

Полковник тяжело вздохнул и повернулся к нам лицом. Выглядел он уставшим. Сбившиеся, седеющие волосы падали ему на лоб, под глазами появились «мешки», результат постоянного недосыпания, а щетина отросла на столько, что почти скрыла уродливый шрам на левой скуле.

— Похоже, я вас за эти дни распустил, — Местан уселся за стол и, отбросив волосы назад, откинулся на спинку скрипнувшего кресла. — Отравленными колодцами вы занимались?

— Ах, колодцами! — вспомнил я, — конечно, господин полковник, в тот же вечер половина из них была очищена.

— Надо сказать, что Лиас и его молодчики постарались! Нашим колдунам пришлось попотеть — вставил Расмус.

— Ты Риттер хороший офицер, но видимо за этот нелегкий переход с севера на юг ты устал, — Местан ещё раз вздохнул и, сняв пояс с ножнами, бросил его на стол. Рукоять меча гулко ударилась о дубовую столешницу.

Глядя на своего командира, я судорожно сглотнул, не зная чего ждать от него в следующий момент.

— Ты не запомнил, что я тебе говорил, когда в Торе в твою роту приписал тех болванов, которым вы вчера перерезали глотки?

— Я помню, — хрипло отозвался я, — вы сказали, чтоб я был поаккуратней с ними и что они долго у нас не задержаться.

Немного помолчал, я добавил:

— И потом мы вынуждены были убить двоих. Оставшихся забрали люди из комендантской роты.

— Значит, помнишь, что я тебе говорил? — Местан как будто не слышал моей последней фразы.

— Так точно, господин полковник.

— У тебя очень своеобразное представление о слове «поаккуратней»!

— Эти мерзавцы, вчера…. - начал я.

— Знаю! — оборвал меня Местан, — так набили бы им морды, да поотбивали бы их чресла ко всем чертям! А затем и сдали бы комендантскому взводу! Зачем было убивать!?