— Позвольте, мистер Картер! — вмешался тут механик, который до сих пор молча прислушивался к разговору сыщика и врача. — Вы говорите о той опасной женщине, которая «работала» вместе с Морисом Каррутером?
— Совершенно верно, — сказал Ник Картер, не совсем понимая, куда клонилась речь механика.
— Ну вот, в газетах тогда появились и портреты причастных к процессу лиц, и вот, я помню, раз как-то миссис Менасто пришла к мужу на постройки; было как раз обеденное время… я читал газету и смотрел иллюстрации… и вот увидел портрет подруги Мориса Каррутера… ей-Богу, я подумал было, что это портрет миссис Менасто, до того он был похож на нее. Я даже подошел к ней и показал ей картинку; она только засмеялась, и муж ее засмеялся, и оба они сказали, что надо будет непременно подать жалобу на газету, потому что она, по нечаянности, очевидно, поместила портрет нашей барыни… и вот, пока мы еще стояли и говорили, подъезжает кеб, и кто сидит в нем? Миссис Менасто, она, да и только, ну точь в точь она, скажу я вам… а тут миссис Менасто, то есть настоящая миссис Менасто, стоит рядом со своим мужем так близко от меня, что мне стоило только протянуть руку, чтобы коснуться ее.
— А что сказала миссис Менасто, когда она увидела своего двойника, а?
Механик пожал плечами.
— Знаете, мистер Картер, это был единственный раз, когда я заметил на ее лице прямо-таки отталкивающее мрачное выражение… а когда я, в весьма понятном волнении, указал на коляску и загорячился по поводу сидящей в ней дамы, она ничего не ответила, повернулась и ушла.