Между тем уличное движение на Мэлл застопорилось. «Умные» автомобили спокойно выстраивались в оптимальные очереди друг за другом, но их разозленные водители остервенело жали на гудки. Во влажном воздухе от асфальта постепенно поднималось раскаленное марево. Посмотрев влево, Шиобэн увидела разделительные полосы и мигающие светофоры. Мигали они явно как попало, поэтому неудивительно, что образовались такие пробки.

Шиобэн посмотрела на небо. Высоко стоявшее солнце наполняло светом безоблачный воздух. Но стоило прикрыть глаза рукой – и становились различимы контуры лент полярного сияния. Помимо завывания гудков автомобилей с улицы доносился приглушенный толстым окном грохот. Судя по всему, автомобильные пробки образовались по всему городу, а не только на Мэлл.

В первый раз за день Шиобэн стало немного не по себе. Она подумала о своей дочери, Пердите. Та сегодня была в колледже. Двадцатилетняя здравомыслящая девушка. И все-таки…

На миг стало тише. Свет мигнул. Люди, собравшиеся у окна, занервничали, зашевелились. Обернувшись, Шиобэн увидела, что люстры погасли. А тише стало потому, что, видимо, отключилась система кондиционирования воздуха.

Тоби Питт кому-то что-то быстро протараторил по телефону, потом поднял руки вверх и объявил:

– Дамы и господа, беспокоиться не о чем. Мы не одиноки. Что-то в этом роде произошло повсюду в этой части Лондона. Но у нас имеется аварийный генератор, и его вскоре включат.

Он подмигнул Шиобэн и негромко проговорил:

– Если удастся эту старую развалину раскочегарить. Но вот он снова приложил к уху телефон и озабоченно нахмурился.

В жаркий июньский день, при тридцати градусах по Цельсию в комнате быстро становилось все теплее, и Шиобэн чувствовала себя неудобно в брючном костюме.

Из-за окон донесся скрежет, несколько хлопков, похожих на взрывы небольших петард. Затем – надрывный вой автомобильной сигнализации. Космологи хором ахнули. Шиобэн протолкалась к окну.